SimbiozOnline.comДайжестО Грани Просмотр статьи
simbi:)
Опа..simbioz

Феноменология духа Майдана в ночь с 19 на 20 февраля

18.3.2014 20:45| Разместил: admins| Просмотров: 537| Комментарии: 0|Автор: Александр Пивторак

Анонс: Просыпаюсь уже далеко за полдень, включаю интернет и не верю своим глазам: сообщают о десятках убитых, раненных же на много больше. Смотрю жуткий ролик, на котором снято как кто-то одиночными выстрелами расстреливает группку молодых майдановцев, у которых

 

Я, как и многие жители Киева и пригородов столицы, многократно бывал на Майдане и в местах противостояния протестующих с внутренними войсками и «Беркутом» в различное   время суток. Но мне ни разу не приходилось побывать в шкуре рядового защитника баррикад, целую ночь находящегося на передовой линии обороны. Я работаю вахтовым методом – одна неделя рабочая, следующая – свободная и не всегда всплеск очередной напряженности совпадал с выходными днями. И вот все срослось. В понедельник в центре Киева все спокойно, я отоспался, ответил всем знакомым в интернете на присланную почту, просматриваю новые публикации на левых сайтах и ложусь спать уже под утро во вторник.

Просыпаюсь далеко за полдень, включаю интернет: по всему правительственному кварталу идут стычки протестующих с правоохранительными органами, есть жертвы и с той и другой стороны, но больше со стороны активистов Майдана. Много раненных. Внутренние войска и «Беркут» вытесняют самооборону с ул.Грушевского, захватывают Украинский дом, вытесняют протестующих с ул. Институтской и вплотную подходят к Майдану как с этой стороны, так и со стороны Европейской площади. Линия обороны проходит уже по самому Майдану. Сообщают, что метро в столице полностью закрыто, в городе 10-бальные пробки, весь транспорт стоит, люди добираются с работы в основном пешком. Появляются сообщения о том, что «Беркут» проник в Дом профсоюзов, что находится непосредственно на самом Майдане. Оборона Майдана защищается старыми испытанными средствами: жгут шины (благо ветер опять в сторону милиции и ВВ), бросают булыжники и бутылки с коктейлем Молотова. Ближе к вечеру начинает гореть Дом профсоюзов, со сцены Майдана сообщают, что «Беркут» специально поджог его, чтобы лишить протестующих одного из главных опорных пунктов: там находился штаб Майдана, медицинские службы, места обогрева и отдыха его защитников. Ночь на пролет в полудреме наблюдаю прямую трансляцию происходящего на Майдане. Видно, что людей очень немного. На баррикадах если есть несколько сотен человек, то и то хорошо. Шины закончились, разбирают деревянные домики в центре Майдана, доски бросают в огонь.

Когда «Беркут» выдвигается к баррикадам, у некоторых защитников не выдерживают нервы и они начинают отступать. Ведущий со сцены обращается к ним с призывом не покидать баррикады, не поворачиваться к наступающим спиной, сомкнуть ряды. Цепочка обороны восстанавливается. Так на протяжении ночи повторяется несколько раз.  Медленно светает. Кажись, Майдан эту ночь устоял. Ложусь спать, надо отдохнуть. Просыпаюсь часов в 11 и начинаю собираться на Майдан: кладу в рюкзак спортивные штаны, вязаные носки, шапку, рукавицы, на всякий случай булку, чтобы было чем перекусить и иду на электричку. Через пол часа я уже на платформе «Святошино». Метро не ходит, но к центру идут троллейбусы и маршрутки. Сажусь на одну из них. Она идет до красного корпуса национального университета им. Шевченко. Оттуда через сквер в направлении Бессарабской площади пешком отправляюсь на Майдан. Ни милиции, ни «Беркута» нигде не видно. Через минут 10-15 я уже на Крещатике. Народу там немного. На баррикаде у ЦУМА работает пропускной пункт: люди проходят свободно, а автотранспорт только по разрешению охраны.

Киевская горадминистрация опять захвачена протестующими: возле нее стоят несколько группок самообороны. У палаток идет обычная, повседневная жизнь: кто-то греется у бочек, кто-то колет дрова, кто-то готовит, чем перекусить. Ближе к Майдану людей уже побольше. Слева от ряда кабинок-туалетов, что у Почтамта, издали улавливается тяжелый запах. На проходе у последней баррикады, закрывающей подступ к Майдану – теснота. Идет непрерывный поток людей с площади и на площадь. Еще метров 50 и я уже на месте. Майдан похож на большой муравейник или улей. Здесь кипит работа. Большинство занято тем, что выламывают тротуарный кирпич, разбивают его на более мелкие куски, складывают их в мешки и таскают в направлении баррикад. Очень много женщин и девушек, на вид, - типичных офисных работников. Видно, что они непривычны к физическому труду, но делают свою работу старательно, дружно, с огоньком. Настроение у людей приподнятое, почти что праздничное, - заметно, что все проникнуты важностью своего общего дела. Нет и тени сожаления по поводу вызванных массовыми беспорядками разрушений, выгоревших зданий, мусора, неудобств в центре столицы. Я бесцельно слоняюсь по Майдану. Где-то процентов 30-40 находящихся здесь, если не больше – русскоязычные. Некоторые из тех, кто разговаривает на украинском, когда сам заговариваешь с ними – переходят на русский язык. Большинство окружающих меня по виду типичная киевская молодежь. Некоторые из присутствующих щеголяют в спортивном снаряжении: велосипедных шлемах, хоккеистских наплечниках, наколенниках, налокотниках или в новенькой военной амуниции с бронежилетами и касками. То там, то сям видны снующие по площади женщины и девушки-разносчицы бутербродов, чая, молока, фруктов. Беря очередной бутерброд, я шучу: вот это да, - не жизнь, а малина! Женщина в тон мне отвечает,  - да, все бесплатно и по потребности, - как при коммунизме! Со сцены на камеру ведущий обращается к киевлянам не нести на Майдан колбасу, ее вполне достаточно, - просьба приносить молоко и еще, что-то, а что, - я не расслышал. За баррикадами поднимается не сильный дым, только в одном месте виден открытый огонь. Непрерывно работает водомет со стороны ул.Институтской. Время от времени воздух сотрясают разрывы светошумовых гранат, которые бросает «Беркут». Все они разрываются по ту сторону баррикад. Я прикидываю, какова была бы у меня реакция, если бы такая граната разорвалась в 2-3-х метрах от меня.

На сцене постоянно кто-то выступает: каждый новый час начинается с исполнения гимна Украины, а затем идет молитва. Гимн принимается с энтузиазмом, многие подпевают поющим со сцены, положа руку на сердце. Молитва же воспринимается большинством скорее как необходимая, но занудная процедура.  Чуть позже пришлось услышать восклицание одного из майдановцев по этому поводу: «Задрали уже эти попы своими молитвами, - все время отпевают нас, как будто мы уже трупы». Но есть и такие, которые молятся вместе с попами. Рядом со мной стоит молодой парень и крестится. Я его спрашиваю: «Ты что, действительно верующий?» Но он не обращает на мой вопрос внимания и продолжает заниматься своим делом. Большинству же нравятся песни подымающие боевой дух. Их просьбы на этот счет в течение ночи неоднократно озвучивает ведущий со сцены. Самая популярная: «Горіла шина ла-ла-ла, там барикада стояла-ла».

Большинство выступающих обращается к «Беркуту», увещевает их не бороться с собственным народом, не выполнять преступные приказы, не брать на себя грех и не убивать протестующих. Большое впечатление на майдановцев производит выступление женщины у которой муж служит в «Беркуте» и находится сейчас по ту сторону баррикад. Она просит прекратить любыми способами противостояние, говорит о том, что она душой и сердцем болеет и за тех и за других, обращается к командирам с просьбой вывести своих подчиненных из зоны конфликта, а к протестующим учитывать, что в милиции служат тоже люди, у которых есть матери, жены, дети.

Ведущий обращается к «Беркуту» с предложением прекратить на какое-то время бросать гранаты, выключить водомет, а к обороне Майдана с требованием прекратить палить шины, не стрелять фейерверками в сторону милиции. И действительно, на некоторое время все стихает: никто не подбрасывает в огонь шины, никто не бросает гранаты, только продолжает работать водомет. На повторные просьбы отключить на время водомет или переключиться на тушение пожара, который все еще продолжается в нескольких комнатах Дома профсоюза, никто не реагирует.

Почти уже совсем стемнело и я чувствую, что начинаю замерзать. Пора поддеть спортивные штаны и вязаные носки. Подхожу к одной из больших военных палаток с левой стороны от сцены и прошу разрешения переодеться у сидящих возле нее хлопцев. Мне дают добро и я залезаю во внутрь: по всему периметру на приблизительно метровом помосте расположены лежаки: здесь, по-видимому, спят или отдыхают покотом. Везде невообразимый беспорядок: все перемешано, вещи, сумки, рюкзаки, одеяла, продукты, консервы и т.д. и т. п. Я переодеваюсь тут не один: в другом углу переодевается какая-то девушка, все время кто-то заходит и выходит. Выясняю, что здесь располагается 7-я сотня Майдана, мне предлагают, если есть желание, записаться к ним: меня поставят на учет и довольствие, обеспечат всем необходимым: одеждой, ночлегом и т.п. Я отвечаю что-то в том духе, что мне хотя бы до утра как-то продержаться, куда уж мне вступать в их сотню. Вылезаю из палатки и направляюсь в сторону баррикад, что возле монумента основателям Киева. Обращаю внимание на парня, который возится с картонными коробками, - в них находятся бутылки с коктейлем Молотова. Спрашиваю, не нужна ли какая-то помощь.  Он говорит, что хорошо бы найти ящики для бутылок, а то эти от воды и сырости расползаются и бутылки падают. Я отправляюсь на поиски. Искать пришлось не долго: у одного из пунктов раздачи питания мне выдают два пластмассовых ящика. Я возвращаюсь и спрашиваю, что нужно еще. Парень говорит, что хорошо бы найти бочку для разведения огня, - без него будет плохо зажигать фитили на бутылках. Я с удовольствием иду выполнять и это пожелание, - если чем-то занят, быстрее идет время. К тому же хорошо бы где-то по дороге сходить по малой нужде.

О кабинах на улице и вспоминать не хочется, поэтому направляюсь в здание консерватории, которую также оккупировали майдановцы. На входе меня останавливает пост-контроль, спрашивают, что в рюкзаке. Я делаю движение, чтобы снять рюкзак и показать, что внутри, но они быстро ощупывают его снаружи и убедившись, что в нем ничего подозрительного нет, пропускают меня. Я направляюсь в туалет, но там уже в очереди стоят человек семь. Ждать не хочется, и я выхожу наружу в поисках бочки и укромного местечка. Свободную, бесхозную бочку я обнаружил на противоположной стороне Майдана у остановки 18-го троллейбуса. Взваливаю ее себе на спину и отправляюсь назад к памятнику основателям Киева. Пройдя полсотни шагов, я замечаю, что за колонами Дома профсоюзов можно незаметно для окружающих удовлетворить свою нужду. Заканчивая эту процедуру, я слышу за спиной какую-то возню. Оборачиваюсь и вижу: из разбитого окна первого этажа обгоревшего Дома профсоюзов вылезает какая-то девушка. Я спрашиваю ее, что красавица там делала? Она хвастается, что дошла до пятого этажа, там все выгорело, но лазить там прикольно. Я советую ей не рисковать и не бродить по зданию, ведь во многих местах еще продолжается пожар и можно просто задохнуться, могут быть также и обрушения. Затем хватаю бочку и покрикивая «дорогу!» прокладываю себе путь в толпе к месту назначения.

Бочка на месте, но где взять дров? Под ногами много кусков досок, - здесь недавно, буквально еще вчера днем, до подхода «Беркута» стояли палатки. Но они все не годятся, чтобы развести огонь: вода от водомета полностью залила эту территорию. Я опять отправляюсь на поиски, теперь уже сухих дров. Пару часов до этого я слышал объявление со сцены, что какой-то депутат, кажется Яворивский, привез то ли к баррикаде у ЦУМа, то ли к баррикаде на ул.Прорезной машину дров и я отправляюсь туда. На встречу мне часто попадаются парни, которые тащат шины в направлении Майдана. Машину дров я так и не нашел. Подхожу к одной из палаток и прошу у сидящих хотя бы что-то на распал. Мне  дают несколько сухих досок и я отправляюсь обратно. Там уже успели развести в бочке из подручных средств огонь, но и мои дрова также приходятся весьма кстати.

Уже ночь. Защитники Майдана начинают жечь шины, «Беркут» начинает бросать свето-шумовые гранаты, самооборона отвечает ему стрельбой из фейерверков. Двух или трех часовое перемирие закончилось. Противостояние вступает в свою активную фазу. С правой стороны от нас в метрах двадцати майдановцы подтягивают странного вида орудие: примерно двухметровой длинны труба, к ней сбоку приварено что-то вроде небольшой бочки-ресивера, к которой подключен кислородный баллон. В трубу как в миномет опускается бутылка с коктейлем Молотова у которой подожжен фитиль, вентиль открывается и сжатым воздухом бутылка с хлопком выталкивается в направлении «Беркута». Дальность стрельбы где-то около 100 метров. У орудия два недостатка: не все бутылки подходят к нему по размеру (их необходимо специально подбирать) и второй: только одна из трех или четырех бутылок долетает к месту назначения с зажженным фитилем. Остальные разбиваются невоспламеняясь.

За баррикадами уже вовсю горят шины, от которых подымается густой черный дым. Только в одном месте нет огня: на отрезке баррикады, которая расположена сразу за памятником основателям Киева. Здесь непрерывно работает водомет. Это самое слабое место в обороне: тут меньше всего людей и здесь легче всего прорваться на Майдан. Ведущий со сцены обращается с просьбой к крепким мужчинам подойти к этому месту и посмотреть, нельзя ли что-то сделать с водометом. Сюда подтягиваются два-три десятка человек, но проходит время, а водомет продолжает работать: до него метров 50-60, а за ним «Беркут». Никому не хочется рисковать, поэтому ограничиваются тем, что сооружают в этом месте баррикад навесы от воды из пленки, баннеров, щитов. Проходит время, я греюсь у бочки, кроме меня здесь еще человек пять. От бочки исходит жар. Теперь туда можно бросать мокрые дрова и доски прямо доставая их из под ног. Разговоров о политике никаких: достаточно того, что об этом и так много говорят со сцены: уже выступал Тягнибок и Луценко, какие-то депутаты. Общий лейтмотив: победа близка, к нам на помощь добираются люди со всех концов Украины. Власть задерживает поезда, автобусы, но к утру на Майдан обязательно прорвется подкрепление. Дни преступного, бандитского режима сочтены.

Проходит еще какое-то время, еще одно исполнение гимна и еще одна молитва. И вдруг на баррикаде начинается лихорадочная суета. В сторону «Беркута» летит град из камней и коктейлей Молотова. «Беркут» пошел в наступление. Я хватаю под ногами камень и тоже бросаю через баррикаду, за которой мне ничего не видно. Кто-то кричит: бросайте бутылки! Я и те, кто были у бочки хватают бутылки. Я долго держу фитиль над огнем, но он все не загорается. Мне кто-то кричит: переверни бутылку. Я переворачиваю - фитиль пропитывается горючей смесью и загорается. Я разворачиваюсь, подбегаю к баррикаде и бросаю бутылку. Мне кто-то кричит: куда ты бросаешь, там никого нет, бросай правее от столба. Я следую этому указанию и бросаю вторую бутылку уже куда следует. Кто-то кричит, то ли мне, то ли кому-то другому: Попал! Следующие бутылки я уже не бросаю: я только на них поджигаю фитиль, подбегаю к баррикаде и передаю их тем, кто на них стоит. Также поступают и другие. Почти всякий раз загорается вместе с фитилем и рукавица на правой руке, наверное она тоже пропиталась горючей смесью, но ожогов никаких нет, я ее быстро тушу другой рукой. Чувствую, что очень скоро выбился из сил: у меня задышка, скорее всего от нервного перенапряжения и волнения.

Кто-то кричит, экономьте, не бросайте Молотова, бросайте камни, они уже отступают. Я бросаю еще пару камней и начинаю приходить в себя: у меня полностью промокли ноги, в ботинках чавкает, вельветовые джинсы до колен напитались водой. Кто-то приносит несколько кусков досок от поддонов, мы раскладываем их вокруг бочки, становимся на них и начинаем греться и сушиться: у всех одна и та же основная проблема – промокшие ноги. Я достаю из рюкзака флюколд и на всякий случай проглатываю одну таблетку. Осматриваюсь по сторонам: на Майдане уже раза в два меньше людей, чем было днем, основная масса стоит ближе к сцене, на баррикадах совсем мало людей, смотрю на часы – заполночь. Спрашиваю у соседа: как по сравнению со вчерашней ночью, сегодня больше или меньше людей, хватит ли до утра шин? Тот отвечает: никакого сравнения, сегодня гораздо больше людей и шин также навалом, не то, что вчера.

Проходит какое-то время, я сажусь на шину, вытягиваю ноги к бочке и начинаю дремать. Звонит мой хороший друг, - он знает, что я на Майдане и беспокоится за меня, расспрашивает как дела. Мы шутим, на Майдане пока все хорошо, - ни одного раненного, хотя говорят, что были выстрелы дробью и резиновыми пулями. Только один мужчина при мне обратился к медикам за помощью: у него были проблемы с глазами то ли от огня, то ли от дыма, а может быть и от дроби. Мой товарищ предлагает мне бросить все, взять такси и ехать к нему ночевать на Березняки. Я отвечаю, что у меня нет денег на такси. Он обещает сам рассчитаться с водителем, когда я приеду.  Я говорю ему, что для того, чтобы поймать такси, надо выйти за пределы Майдана, а это опасно, - там меня может поймать или милиция или титушки. Гораздо безопаснее досидеть здесь до утра и отправиться домой общественным транспортом. Он соглашается, что, наверное, так будет правильнее.

Я опять начинаю дремать, но меня будит чей-то голос со стороны баррикад: «Хлопцы, подержите щит, мне надо отойти». Я смотрю в эту сторону – парень стоит в зоне, куда достает водомет. Он, наверное, полностью промок и замерз или хочет в туалет. Мне стыдно, но я не могу его подменить. Если я стану на его место – я уже точно не выдержу до утра. Он повторяет и повторяет свою просьбу, но никто не сменяет его. Я не выдерживаю, встаю и иду к сцене, чтобы не слышать этот голос: вся Западная Украина, Львов, Тернополь, Ивано-Франковск истово поддерживает Майдан, на самом Майдане, как сообщают СМИ, всем заправляет «Свобода» и грозный «Правый сектор», а подменить-то парня и некому. Непосредственно на баррикадах против «Беркута» стоит 300, от силы 400 человек. Из них половина, а может быть и больше точно не имеет никакого отношения ни к «Свободе», ни к «Правому сектору».

Поболтавшись по Майдану я вновь возвращаюсь к своей бочке. Просьбы уже не слышны, наверное, кто-то все-таки его подменил. Я совсем замерз, особенно ноги, но тут слышу чей-то голос: «Кому нужны резиновые сапоги? Берите резиновые сапоги!» Я окликаюсь. Мне передают пакет: в нем две пары. Спрашиваю, кому нужна вторая? Ко мне протягивается из темноты чья-то рука и я отдаю ей пакет. Переобуваюсь, свои мокрые ботинки кладу в рюкзак. Конечно, было бы очень неплохо с самого начала надеть резиновые сапоги, - когда вязаные носки полностью промокли, от смены обуви уже не много  проку. И все же в них я чувствую себя лучше.

Возле нас вновь оживление.  Начинает гореть баррикада – шины горят от нее совсем близко. Раздаются крики с просьбой передать воду, огнетушители.  Я отбегаю куда-то в сторону, говорю всем, что нужен огнетушитель, дайте огнетушитель и вскоре мне его передают. Я возвращаюсь обратно, там уже есть все необходимое для тушения пожара и вода и огнетушители. Проходит минут десять и огонь на баррикаде удается погасить. Но возникает пожар на баррикаде со стороны консерватории, там тоже просят воду и огнетушители. Ведущий со сцены просит доставить на баррикады огнетушители, обращается с просьбой к тем у кого здесь автотранспорт, поделиться своими личными огнетушителями.

С огнем справляются, но появляется новая проблема: «Беркут» снова начинает выдвигаться к баррикадам – на них и около них все опять охвачено нервозной лихорадочной суетой. Опять летят булыжники и коктейли Молотова, стреляют фейерверками и ракетницами. Я больше не бросаю бутылки – только камни. Кто-то кричит, что бутылки уже закончились, давайте сюда бутылки. Я вспоминаю, что прямо под памятником основателям Киева есть еще два ящика. Я тащу их оттуда, но они были в зоне работы водомета и фитили на них полностью отсырели, говорю об этом кому-то на баррикаде. Меня просят заменить фитили сухими тряпками. Я долго ищу сухую тряпку, но так ее и не нахожу. Пока я суетился в поисках сухих тряпок «Беркут» уже отошел и кто-то другой меняет фитили на бутылках.

Я возвращаюсь к бочке. Со сцены ведущий сообщает, что под видом бойцов самообороны Майдана имели место проникновения в магазины грабителей. Просьба сразу же сообщать о подобных случаях в штаб, для  немедленного пресечения мародерства и задержания грабителей. Ведущий также призывает всех быть бдительными на баррикадах и около них. Там могут появиться провокаторы, которые могут попытаться стрелять в «Беркут» из огнестрельного оружия для того, чтобы спровоцировать его на жесткую зачистку Майдана.

Идет время. Смотрю на мобильник, - пятый час, скоро утро. Милиция развлекается бросанием свето-шумовых гранат, в ответ раздаются редкие хлопки «огнемета» с кислородным баллоном. Меткое попадание сопровождается массовыми радостными криками и возгласами: «Слава Украине! Героям – слава!».

От моих промокших штанин идет пар. Какой-то высокий мужчина становится на возвышение у памятника основателям Киева и долго всматривается, что там за баррикадами и клубами дыма. Потом спрыгивает, ругается и ни к кому не обращаясь, как бы про себя говорит: приехали пожарники и несколько скорых, значит будут стрелять и зачищать Майдан, а я без бронежилета. Он как-то неловко и жалко захлопывает полы своей обтрепанной куртки. Ему страшно и его страх передается мне. Я какую-то минуту испытываю настоящий приступ чисто животного страха. Взбираюсь на возвышение и всматриваюсь сам в ту же сторону, что и он, но ничего не вижу. Опускаюсь и подхожу к баррикаде, но оттуда тоже ничего за дымом не удается разобрать, мелькают только вдалеке каски то ли ВВ, то ли «Беркута» и больше ничего.

Едва справившись со своим волнением, я прикидываю, чем буду защищаться. Беру в руки то камень, то черенок от лопаты, то бутылку с коктейлем, но все это выглядит малоубедительно. Оглядываюсь в поисках чего-то посущественнее и вижу совковую лопату. Этот инструмент кажется мне более серьезным. Я прикидываю как буду бить ребром или плашмя. Наверное, все-таки плашмя,  - ребром слишком жестоко. В напряженном ожидании идет время, но так ничего и не происходит. На баррикадах и возле них, да и возле сцены ну совсем уже мало людей. Начинает светать. Ведущий сообщает, что к КМДА прибыло несколько автобусов с людьми из Тернополя и Львова, после размещения они сразу же придут сюда к нам. Какая-то женщина предлагает мне гречку с мясом, а другая – мальтийский чай (с имбирем). Я с благодарностью беру пайку. На улице совсем уже светло. Прошу кого-то слить мне из бутылки на руки, чтобы умыться и привести себя в порядок, - пора собираться домой. Закопченные руки не отмываются водой без мыла. Спрашиваю, как у меня физиономия. Мне отвечают, что нормально. 7.00 утра, - на Майдан начинает заходить свежее пополнение. Со стороны «Глобуса» и стелы Независимости начинает атаковать «Беркут», но я уже нисколько не сомневаюсь, что и эта атака будет отражена.

В 7.30 я покидаю Майдан. Метро все еще не работает. На Крещатике, не далеко от Бессарабской площади, жду свою маршрутку. На остановке обмениваются ночными впечатлениями человек шесть, которые также как и я провели эту ночь на площади. Типичные молодые киевляне, все разговаривают на русском, двое  с битами и самодельными наплечниками и наколенниками из какого-то плотного материала, перехваченного скотчем. Подходит 230-я маршрутка, она идет прямо до «Святошино», - то что мне нужно. Ловлю на себе взгляды других пассажиров, прячу закопченные руки в рукава и отворачиваюсь к окну – физиономия и весь мой потрепанный вид красноречиво говорит им о том, где я был и чем занимался эту ночь. Через пол часа я уже сажусь в электричку. Она почти пустая и на меня никто уже не обращает внимания. Дома сбрасываю с себя грязную одежду, затем душ и в постель.

Просыпаюсь уже далеко за полдень, включаю интернет и не верю своим глазам: сообщают о десятках убитых, раненных же на много больше. Смотрю жуткий ролик, на котором снято как кто-то одиночными выстрелами расстреливает группку молодых майдановцев, у которых из средств защиты только палки и щиты. Мне кажется, что этого парня с деревянным щитом я узнаю. Мы грелись с ним у одной бочки. Я не понимаю как это произошло, чья это провокация, но власть, которая довела ситуацию до этого не вызывает у меня ничего, кроме омерзения. Ведь если бы Янукович согласился на досрочные президентские выборы сразу же после 30 ноября, всех этих человеческих жертв могло бы и не быть и как знать, - не факт, что на этих выборах он бы обязательно проиграл.


------------------------------------------- SimbiozOnline -------------------------------------------

Прошёл мимо

Интересно

Жму руку

Поддерживаю

Неважно

Последние комментарии

GMT+2, 23.6.2018 10:06